Евгений ГРИШКОВЕЦ: Я получаю 20 рублей с каждой книжки!
В этом автор признался на встрече с воронежскими поклонниками
Гришковец приезжал в Воронеж с очередным моноспектаклем на прошлой неделе. Это уже третий визит популярного актера, драматурга и писателя. В этот раз Евгений успел прогуляться по городу, побывал в четырех галереях и даже купил картину молодой художницы Лисициной — в традиции 60-х годов. А перед спектаклем встретился с читателями в «Книжном мире семьи» и представил вышедшую в сентябре книгу «Следы на мне».
— Это сборник автобиографических рассказов. Идея книги появилась после того, как я участвовал в юбилейных вечерах, посвященных Довлатову. Оформлена она так же, как все мои сборники. Если увидите книжку другого формата, не покупайте, это пиратское издание! На плохой бумаге, а стоить будет столько же. А деньги пойдут бандитам! Вот она стоит всего, — тут Гришковец посмотрел на ценник и удивленно осекся, — …170 рублей. Ух ты, дорого! В Москве дешевле — 150!
Несмотря на высокую цену, книжки размели за несколько минут, еще и не всем хватило! Фанаты даже пытались перекупать томики друг у друга, лишь бы получить заветную подпись. Кстати, раздавал автографы Гришковец с энтузиазмом, даже специально разделся, снял свитер, предчувствуя горячий момент.
«Вдохновение — это непрофессионально»
— Как вы начали писать? Страшно было решиться?
— Первый текст появился, когда мне было уже за 30. И страх был очень сильный. Я ведь по образованию теоретик литературы: все время занимался анализом чужих произведений. И для теоретика начать писать — это просто кошмар. Когда для постановки в Лондоне спектакля «Как я съел собаку» нужно было сделать для переводчиков письменный вариант, я понял, что не могу, потому что устная речь и текст на бумаге имеют разные законы. В результате написал пьесу. И она мне не нравится. А уже после появились «Записки русского путешественника». Эту пьесу люблю: она мне принесла премию «Антибукер» — первые профессиональные деньги за литературную деятельность. И тут было боязно: я не предполагал адресовать ее читателю. Но испытывать и преодолевать страх — нормальное дело.
— Близкие помогают в творчестве?
— Никто не может помочь в литературном процессе. Равно как и помешать. В жизни могут поддержать, приготовив вкусную еду, обеспечив условия. Или помешать — например, обидеть. Но в творчестве ни помочь, ни помешать никто не может — ни правительство, ни друзья.
— Что для вас литература: творчество, ремесло или коммерция?
— Когда меня спрашивают о вдохновении… я теперь уже понимаю, что ждать его — вещь непрофессиональная. Раньше мне нужно было вдохновение. А сейчас есть три месяца на работу — и вдохновение будет. Придет, когда есть время, выделенное на написание книги… Моя работа очень счастливая, хотя и связанная со множеством сложностей. Она дает мне возможность долго себя уважать — меня же никто не заставляет писать, никто надо мной не стоит. Я встал — и работать! Сам. И сам себя уважаю. К коммерции это не имеет отношения. Я получаю с книжки 20 рублей. И не держал в руках денег, кроме тех, что вы заплатили за книгу или за билет на спектакль, ну разве что литературную премию дадут. Я отношусь бережно к этим деньгам. Я разговаривал с крупным бизнесменом, и он, поняв суть художественной деятельности, сказал, что никогда бы не стал этим заниматься. Потому что бизнесмены не позволяют себе такие невероятно высокие степени риска: полгода труда, а судьба книги неизвестна. И я, конечно, занимаюсь продвижением своих книг. Потому что, как нормальный человек и нормальный писатель, хочу, чтобы мою вещь прочитали как можно больше людей. Но во время написания я о продвижении не думаю. Только когда книга уже завершена. И ее нужно представлять очень правильно. Не гнаться за тиражами. Ну как так можно: в супермаркете рядом со жвачками и шоколадками продавать «Фауста»! Она не должна там быть! Ну можно и мою книгу издать большим тиражом и в мягком переплете, внешне похожей на дете-ктив — чтобы ее раскупали в аэропортах или киосках. Но я считаю, что нельзя обманывать читателя.
«Не хочу получить «Букера»
— Премии для вас важны?
— «Антибукер», который мне дали в 1999 году, был для меня очень важен — я уже изнемог от нищеты. И когда получил 12 тысяч долларов — это было кстати.
— Исключительно из-за денег?
— Ну конечно!
— А слава вас не интересует?
— Слава у меня уже тогда была приличная: все газеты про меня написали что могли. Но мне-то что с того? Я ехал получать премию в плацкартном вагоне, и мне было нечем заплатить за постель. С деньгами было совсем худо. А тут сразу столько дали — здорово!
— А другие премии?
— «Золотая маска» была очень приятной. Правда, к тому времени я так устал от мытарств, что мне уже было все безразлично. Но она доставила много радости родителям, тогда еще живой бабушке. Вообще, такими вещами очень гордятся родственники. Из серьезных премий была приятна «Книга года». Ценность в том, что она профессиональная — ее вручают издатели… А есть премии, от которых нужно просто открещиваться. «Букера» я бы очень не хотел получить, потому что ее вручают самым скучным и занудным произведениям. И если мне ее когда-нибудь, не дай бог, дадут — значит, моя книга ни на что не годится! И ее читатель не будет читать, только какие-то профессионалы, а это грустно.
Снялся в кино с Гошей Куценко
— В кино по-прежнему предлагают сыграть?
— Предложения есть, но интересных не было. Предлагали озвучивать американский мультик, но мою кандидатуру не утвердили. Большие роли в сериалах меня не интересуют, я на них не соглашаюсь. Да и не могу тратить на это время: снимаясь в кино, участвуешь в чьем-то художественном произведении, а у меня есть ответственность перед собственными.
— Но вы совсем недавно сыграли в картине с Гошей Куценко…
— Фильм «13 месяцев» снимали в Киеве, это современное прочтение «Живого трупа» Толстого. Я играл друга героя Гоши Куценко. Но у меня большие сомнения, что получится хорошее кино. И пьеса-то у Толстого не очень, прямо скажем, и на хорошие постановки ей не везет. Сценарий, правда, был ничего, но, когда я снимался, ничего особенно понятно не было.
— Когда ждать новенького в творчестве?
— С лета пишу очередную книгу, две трети уже готово. Это будет самая большая моя вещь — в два раза толще ранее выпущенных. Выйдет в апреле. Если про «Рубашку» можно сказать, что она про любовь, то здесь так однозначно не скажешь, про что. Современный реалистический роман, будет называться «Асфальт»… К Новому году выйдет DVD со спектаклем «ПО ПО», и уже продается диск с постановкой «Титаника». Это мой самый первый спектакль, который я сделал в 92-м году в Кемерово. И мы его воссоздали спустя десять лет. Играю его в основном не я, а парень из Волгограда, который даже не актер. Он работает маркетологом в сети супермаркетов. И приезжает в Москву оттуда играть. Он совершенно сумасшедший фанат, потому что я с таким убеждением такую ахинею говорить не могу… С группой «Бигуди» буквально через три дня садимся записывать сингл. Вместе с командой «Брэйнсторм» выпускать кавер-версию знаменитой в конце 80-х песни «На заре голоса зовут меня» группы «Альянс».
Татьяна ПОДЪЯБЛОНСКАЯ
www.kp.ru
